ЮристВзаконе

Трудности юридического перевода, или «Я царь или не царь???»

ovdmitjb

Царь я или не царь?

Международный день театра Иркутский академический драматический театр имени Н.П. Охлопкова отметит премьерой спектакля «Царь Фёдор Иоаннович».

Работа над постановкой под руководством приглашённого режиссёра Станислава Мальцева в самом разгаре.

Прежде чем погрузиться в историю правления последнего царя из рода Рюриковичей, предлагаем вспомнить сценическую судьбу этой трагедии Толстого на охлопковской сцене.

Возвращение к истории

Шестой раз театр обратится к классике русской литературы – трагедии Алексея Толстого «Царь Фёдор Иоаннович», которая исследует один из самых сложных периодов в истории Руси XVI века – Смуту и борьбу за власть двух противостоящих кланов: князей Шуйских – представителей «старины», и клана Бориса Годунова – сторонников реформ.

Оказавшись меж двух огней, Фёдор не может решить, на чью сторону встать, а кого подчинить себе. Он колеблется и отчасти, с одной стороны, становится причиной восстания Шуйского и его насильственной смерти, а с другой – убиения своего наследника, царевича Дмитрия, Борисом Годуновым.

Всё это приводит к страшным событиям, разразившимся чередой бедствий и зол для России.

О постановках пьесы в 1901, 1920, 1941 годах сохранено немного сведений. Режиссёром в 1901 году был Н.А. Белозерский, Царя Фёдора играл артист М.Н. Акимов. В спектакле 1920 года постановщиком стал И.К. Самарский-Эльский, а в редакции 1941 года режиссёром выступил Д.А. Хадков.

О спектакле, который появился в иркутском драмтеатре в предвоенном году, зритель Георгий Барский вспоминал: «Никогда не забуду первый день войны. 22 июня 1941 года было воскресенье, и на улице ярко светило солнце.

Мы в этот день пошли на дневной спектакль, давали «Царя Фёдора Иоанновича» – в те времена классика шла днём. Я был школьником, но уже хорошо знал актёров, пересмотрел все спектакли и слыл завсегдатаем. Спектакль был мощным по звучанию, оставлял впечатление большого эпического полотна.

А после, в пять часов вечера, мы услышали по радио страшную весть. Молотов сообщил, что началась война».

«Он весь принадлежал Богу…»

В 1988 году к постановке трагедии Толстого приступил режиссёр Ян Цициновский. Он стремился исследовать причину трагических событий истории XVI века, приведших к Смуте и остановивших развитие государства на десятилетия.

– Исследуя личность Фёдора, невольно приходишь к другим параллелям, которые не могут не волновать наших современников, – отмечал Ян Цициновский в интервью «Восточно-Сибирской правде». – Это, например, тема власти, тема человека, ею обличённого. В этом отношении трагедия Толстого представляется мне современной.

В «Царе Фёдоре Иоанновиче» театр стремился показать систему политической борьбы, приводящую к насилию, кровавым разборкам, развалу сложившихся устоев. Театр пытался ответить на вопрос, кто должен управлять Россией, страной с тысячелетней историей, составляющей одну шестую часть земли?

Актёр Анатолий Багров образ царя Фёдора Иоанновича строил на тончайшей грани между святостью и благостностью, смирением и слабостью натуры, между юродством как определённым типом русской святости и психическим недугом. «Чистым источником» называл драматург любящую душу Фёдора.

Его ощущение побуждения, стремление «всех согласить, всех сгладить», попытка выступить в несвойственной ему роли царя (знаменитые слова: «Я царь или не царь?») приводят к катастрофе: «Моей виной случилось всё…» И в финале Фёдор-Багров вслед за словами автора умирал «для мира, он весь принадлежал Богу».

Две стороны власти

Современный по мысли спектакль режиссёра Яна Цициновского, сценографов Александра Бомштейна и Фёдора Тамарского по форме был традиционен. На сцене были выстроены царские палаты, актёры одеты в костюмы, аутентичные эпохе.

– Особо продумывался нами и характер сценографии, музыкального оформления, – отмечал режиссёр Цициновский.

– Екатерина Орлова и Марина Шмотова очень помогли вписать в ткань нового спектакля такое величайшее произведение Сергея Рахманинова, как «Всенощное бдение», чудо которого – в слиянии искренности и простоты.

Это произведение как нельзя лучше отвечает природе нового спектакля, ибо его герои – живые, конкретные люди, наделённые всеми страстями человеческими.

Две противоборствующие силы – князь Иван Шуйский заслуженного артиста Александра Крюкова и Борис Годунов народного артиста Виталия Венгера – были полной противоположностью царя Фёдора. От них исходила энергия силы и власти. Их схватка походила на бой, в котором все средства хороши.

Душевное состояние Фёдора Иоанновича было вершиной треугольника власти, а основанием стала борьба за влияние на царя. Каждый из участников этой трагедии знает, каким в итоге должно быть справедливое устройство русской жизни.

У каждого из них своя правда, которую они защищают с остервенелой ненавистью к противнику.

В сгустке борьбы человеческих амбиций царица Ирина в исполнении народной артистки Тамары Олейник выглядела горлицей, кроткой женой, пытающейся любовью и лаской повлиять на Фёдора и, если надо, уйти в монастырь, уступив место новой царице. Ирина (Олейник) вместе с Фёдором Иоанновичем (Багровым) представляли незащищённую супружескую пару, обречённую на власть и душой сопротивляющуюся этой власти.

Спектакль «Царь Фёдор Иоаннович» у зрителей имел успех. Одни смотрели его как страницу истории государства Российского, другие ассоциировали с системой политической борьбы конца 80-х – начала 90-х годов ХХ века.

Ещё раз о судьбе страны

В 1993 году в режиссуре заслуженного артиста России Александра Крюкова театр восстановил спектакль «Царь Фёдор Иоаннович». Образ Фёдора создавал молодой актёр Игорь Аникин. К невозможности правления государством этим царём прибавились почти детская наивность, незащищённость, трагическое осознание последствий содеянного.

Казалось бы, этот спектакль должен был повторить успех предыдущей постановки, но театралы попали в систему жизни, требующую от них политического выбора. Для населения страны настали времена либеральных реформ, приведших к обрушению экономики, дефолту.

Зрителям было не до интеллектуальных изысков театра, им приходилось думать о хлебе насущном, а на досуге размышлять над вопросами: «Совместимы ли верховная власть и порядочность, или это гений и злодейство?», «Может ли жить по совести тот, кто призван решать судьбы страны, и всякий ли, кто у руля, непременно будет замаран?», «Довольно ли желания не делать зла, чтобы не стать его орудием?»

Это всё убийственные вопросы, и отвечать на них – страшно. Сказать «нет» – значит признать заведомую вину и порочность всякого, кто окажется во главе государства, равно как и обречённость всех нас жить под властью такого человека. Сказать «да» – погрешить против истины. Но выбор есть всегда.

Святой на троне

Обращаясь сегодня к пьесе Алексея Толстого «Царь Фёдор Иоаннович», театр стремится исследовать причины длящегося спора о судьбе России, в котором все правы и никто не прав окончательно. Эта правда-справедливость мирского устройства власти диктует логику борьбы, необходимость которой каждому из действующих лиц истории понятна, осознана ими и, в принципе, приемлема в политике.

– Я думаю, лобовые трактовки и прямые ассоциации всегда вредны, когда речь идёт о таком глубоком материале, какой мы находим в пьесе Толстого «Царь Фёдор Иоаннович», – размышляет режиссёр-постановщик Станислав Мальцев. – Повторяемость уроков истории очевидна, конечно.

В один ряд выстраиваются Смута, по поводу которой написана драма, грандиозная смута гражданской войны, которую пьеса предрекает, за ними – смута краха советской России, а там, не дай бог, возможные ещё смуты в будущем… Но автор подчёркивал, что «исторической правдой он не связан». Так и нам не следует связывать себя политическими акцентами.

Перед нами не историческая драма в чистом виде. Перед нами поэма, в которой сложнейшим образом сталкиваются и переплетаются громадные мировоззренческие пласты. Спектакль ни в коем случае не должен становиться судом над прошлым или калькой настоящего. Мы хотели бы увидеть в нём историческую проекцию будущего через уже имеющийся и осмысленный опыт.

Не политическая острота и даже не историческая точность нас здесь больше всего волнуют, а «правда человеческая», правда русского характера и русской судьбы.

Зрителям Иркутского академического драматического театра имени Н.П. Охлопкова остаётся лишь дождаться премьеры (20, 21, 27 марта) и сравнить своё отношение к власти с теми постулатами, на которых строится спектакль «Царь Фёдор Иоаннович».

Источник: http://www.vsp.ru/2018/03/13/tsar-ya-ili-ne-tsar/

Я царь или не царь? — это

Сборник словарей и энциклопедий → Словарь крылатых слов и выражений → Слова на букву «Я» в Словаре крылатых слов и выражений → Я царь или не царь? в Словаре крылатых слов и выражений

Я царь или не царь?

Я царь или не царь?

Из трагедии «Царь Федор Иоаннович» (1868) Алексея Константиновича Толстого (1817—1875) (действ. 3, сцена «Покой царя Федора»):

Годуно в Государь, Дозволь тебе сказать…

Федор Нет, не дозволю! Я царь или не царь?

Годунов Дай объяснить мне… Лишь выслушай…

Федор И слушать не хочу! Я царь или не царь? Царь или не царь?

Годунов Ты царь…

Цитируется: шутливо-иронически, как преувеличенно-грозный вопрос, чтобы добиться от окружающих подтверждения собственных полномочий, значительности и т. д.

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс».

Вадим Серов.

2003.

Сборник словарей и энциклопедий → Словарь крылатых слов и выражений → Слова на букву «З» в Словаре крылатых слов и выражений → Зубр в Словаре крылатых слов и выражений

Зубр

Зубр

Из межпартийной полемики в России начала XX в.

Так политические оппоненты иронически называли («курские зубры») консервативно настроенных дворян-депутатов 3-й Государственной думы, которых царское правительство тщательно опекало, считая их своей политической опорой в Думе. Левые тем самым давали понять, что правительство относится к правым как к редкому виду животных — как к вымирающим зубрам заповедника Беловежская пуща.

Поводом для такого прозвища послужило выступление на одном из думских заседаний (февраль 1916) черносотенного депутата, курского помещика Николая Евгеньевича Маркова 2-го (1866—1945).

(Номера давали депутатам-однофамильцам — по их старшинству).

В своей речи он пожаловался на газеты, которые, по его словам, «представляют прекрасную работу курского земства в виде какого-то нелепого упражнения зубров» (Государств, дума, IV созыв, 3-я сессия, стенограф, отчеты).

Таким образом слово «зубр», используемое в переносном смысле, в России начала XX в. означало нечто отжившее, реакционное, анахронизм и т. д., то есть служило аналогом таких современных образных выражений, как «ископаемое» или «динозавр».

В современной речи, во многом благодаря известному роману «Зубр» писателя Даниила Гранина, это выражение поменяло свой знак на про-

тивоположныи и стало носить характер положительной оценки, означая авторитетного, известного человека, достигшего вершин в своей профессиональной деятельности.

Среди потомков русских эмигрантов изначальное значение слова «зубр» сохранилось до наших дней. Писательница, историк Москвы Елена Болдырева-Семлер (внучка царского генерала, с 1948 г. — в США) в своем интервью, данном «Литературной газете» (8 ноября 1989 г.), раскритиковала советскую власть, которая, по ее мнению, поощряла «абстрактных художников» 20-х гг.

— в ущерб русским художественным традициям. При этом Болдырева-Семлер оговорилась: «Знаю-знаю, вы думаете, что я зубр-черносотенец. Нет, ни в коем случае! Каждый имеет право на свой собственный творческий путь. Я возмущаюсь только тогда, когда ради модного «новшества» затаптывается свое, родное, кровное искусство.

Почему во Франции с одинаковым пиететом относятся и к Пикассо, и к Пуссену?.. А русские?»

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс».

Вадим Серов.

2003.

Page 3

Сборник словарей и энциклопедий → Словарь крылатых слов и выражений → Слова на букву «Д» в Словаре крылатых слов и выражений → Дети, кухня, церковь в Словаре крылатых слов и выражений

Дети, кухня, церковь

Дети, кухня, церковь

С немецкого: Kinder, Ktiche, Kirche.

Фраза, которая ошибочно приписывается «железному канцлеру» Пруссии и Германии Отто Эдуарду Леопольду Бисмарку (1815—1898), объединителю Германии, который якобы так, несколько уничижительно, определял предназначение женщины. Говорят даже о «знаменитых трех «К» (начальные буквы трех слов) Бисмарка» — Kinder, Kuche, Kirche.

На самом деле этих «К» — четыре, и автор этой фразы не Бисмарк, а последний немецкий император и прусский король (1888—1918) Вильгельм II Гогенцоллерн (1859—1941). Именно он так исчерпывающе определил круг единственно достойных, по его мнению, занятий для немецкой женщины — Kinder, Kuche, Kirche, Kleider (дети, кухня, церковь, наряды).

Последнее «К» — Kleider (наряды, одежда) император Вильгельм также считал весьма важным для каждой женщины.

Цитируется: обычно шутливо-иронически, как напоминание о таком понимании социальной роли женщины.

Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс».

Вадим Серов.

2003.

Page 4

Сборник словарей и энциклопедий → Словарь крылатых слов и выражений → Слова на букву «А» в Словаре крылатых слов и выражений → А потому, что патриотки в Словаре крылатых слов и выражений

А потому, что патриотки

А потому, что патриотки

Из комедии «Горе от ума» (1824) А. С. Грибоедова (1795—1829). Слова Фамусова (действ. 2, явл. 5):

А дочек кто видал, всяк голову повесь!..

Французские романсы вам поют

И верхние выводят нотки,

К военным людям так и льнут,

А потому, что патриотки.

Источник: http://1slovar.ru/wingwords/3076/

No related posts.